Феофан Прокопович как писатель

ханизна. Такимъ образомъ, Петръ, отказываясь признавать независи­мое положеніе церкви въ государствѣ и отвергая авторитетъ па­тріарха, естественно, воспользовался для практическаго осуществленія этой иден готовою формою, которая была уже выработана аналогич­ными обстоятельствами на Западѣ. Доказательства, приводимыя въ Регламентѣ въ пользу преобразованія церковной администраціи, пред­ставляютъ, вмѣстѣ съ тѣмъ, и критику прежняго порядка вещей— критику, полную весьма прозрачныхъ личныхъ намековъ па предста­вителей и защитниковъ старины. Сказавъ, что „извѣстнѣе взыскуетея истина соборнымъ сословіемъ, нежели единымъ лицемъ* '), что „кол­легіумъ свободнѣйшій духъ въ себѣ имѣетъ къ правосудію и не такъ, какъ единоличный правитель, гнѣва сильныхъ*боится“, что „въ кол­легіумѣ и самъ президентъ подлежитъ суду послѣдняго“, что „въ со­борномъ правительствѣ есть нѣкая школа правленія“, и т. п.,— Ре­гламентъ замѣчаетъ, что „коллегіумъ не есть н ѣ к а я ф а к ц ія , тай - вы м ъ н а и н т е р е с ъ свой со ю зо м ъ с л о ж и в ш а я с я “ (а таков именно представлялась Петру старо-церковная партія); „еще же н се важное есть*,— говорится далѣе— „что въ единоличномъ правленіи часто бываетъ дѣлъ продолженіе и остановка, за случающимися пра­вителю необходимыми н уж дам и, и за н е д у го м ъ и болѣзнію ... Но се наипаче полезно, что въ коллегіумъ таковомъ не обрѣтается мѣ­сто п р и с т р а с т ію , к о в а р с т в у , л и х о и м н о м у суду*. Эти замѣча­нія, по видимому, совершенно общія, пріобрѣтаютъ особенный смыслъ, если припомнить, что мѣстоблюститель патріаршаго престола, Сте­фанъ Яворскій, часто жаловался царю на свои нужды и немощи, и что авторъ „лютеранскаго пашквиля“ на „Камень Вѣры*, обращаясь къ тому же Стефану, укоряетъ его въ неправосудіи и лихоимствѣ, восклицая: ...