История русского театра до половины XVIII столетия

23 ни плясать, а вел'Ьлъ Богу молиться, свиньямъ корму давать. Про-иЬвъ песню, хоръ спрашиваетъ стоящаго въ кругу: «Далеко ли нашъ игуменъ?» Средшй называетъ какой-нибудь городъ, подальше. Кругъ опять поетъ и приплясываетъ; по окончанш п е с н и — тотъ же вопросъ. Средшй называетъ городъ поближе. Дал'Ье игуменъ оказывается еще ближе, и наконецъ — у воротъ. Н а новый вопросъ хора средой отвечаете, что игуменъ пргЬхалъ. Все кланяются и сред­ни! спрашиваетъ: «Живы ли мои лошади»? Хоръ 01яЬз|аетъ: «Наши живы, а ваши подохли». Такъ спрашиваетъ онъ ооо всйхъ домаш-нихъ животныхъ, и иолучаетъ тотъ же ответь. Наконецъ, онъ спра­шиваетъ: «Живы ли мои cBifflbii?» Хоръ отв'Ьчаетъ: «Наши живы, ваши подохли» — и вмигъ разбегается, а разсерженный игуменъ хватаетъ кого-нибудь и ставитъ въ кругъ, на свое место. ЗатЬмъ игра продолжается тЬмъ же порядкомъ*). Изъ этого беглаго обзора драматическихъ элементовъ нашей народной поэзш видно, что в ъ старое в р е м ^ насъ, какъ и на Западе, народъ пм*лъ возможность дойти самостоятельнымъ путемъ до выработки оригинальныхъ драматическихъ представлешй, кото­рый могли бы послужить основою для развийя народнаго театра. Въ народе, несомненно, существовала потребность подобныхъ зре~ лищъ и, при известной свободе дейстыя, изъ нихъ могло-бы раз­виться что-нибудь въ роде немецкихъ Fastnachtsspiele.YHo въ про-должеше всего древняго и средняго пер10да нашей литературы и образованности это развийе было крайне затруднено.^Руководители нашего общества постоянно относились ко всякому проявленно на­роднаго веселья и народнаго поэтическаго творчества съ строгимъ порицашемъ: здесь виделись имъ остатки языческой, бесовской старины, которую они всеми силами старались искоренять и кото­рая, при такомъ взгляде, понятно, не могла найти себе въ лите­ратуре никакого выражешя, никакой поддержки. Такимъ образомъ, въ этомъ отношенш, благодаря особенностямъ нашей культуры] мы далеко отстали отъ западной Европы, где народная поэз1я полу­чила широкое развийе и давн...