Судьба барабанщика

29называет «дядю» молодцом, героем, «велико-душным и благородным» человеком. Сережа признается, что в этой усадьбе «стало у меня вдруг на душе хорошо и спокойно». Мальчик интересуется у «дяди», почему эта старуха так назвала его. И тут выясняется, что «дядя» был во время Гражданской войны белым офице-ром и он совершил благородный поступок — спас от гибели молодую тогда барыню: «буй-ные солдаты хотели спустить ее вниз головой с моста». Так что образ «дяди» двоится у Гай-дара. Его идейные убеждения большевика и красного командира говорили ему, что бе-лые — это враги, ставшие потом, в эмигра-ции, уголовниками и шпионами, желавшими свергнуть советскую власть, но ведь действи-тельность была во многом другой, сложной, многоплановой, не укладывающейся в идео-логические и пропагандистские схемы, и это не преминуло сказаться в повествовании о мальчике-барабанщике и о его оступившемся отце, тоже в прошлом красном командире.Давайте подумаем: а чьим шпионом мог быть в то время «дядя»? Гайдар не упоминает об этом, но по отдельным характеристикам можно что-то прояснить. В 1938–1939 годах, когда писалась и публиковалась «Судьба ба-рабанщика», СССР находился в сложной международной ситуации. С одной стороны, поднимал голову немецкий гитлеризм, Герма-ния активно вооружалась, желая развязать европейскую войну для достижения своего