Дневник В. К. Кюхельбекера

ображению, по творческой силе, по учености и разнообра­зию сочинений. Простите мне, добрейший мой наставник и первый руководитель на поприще Поэзии, эту мою гор­дую выходку! Но, право, сердце кровью заливается, если подумаешь, что все, все мною созданное, вместе со мною погибнет, как звук пустой, как ничтожный отголо­сок! Спасите, мой друг и старший брат по Поэзии, теперь покуда хоть третью часть Ижорского: откройте мне сред­ство доставить вам ее, вместе с выправленным экземпляром первых двух отделений. Faites en s’il est possible une se- conde Edition, qui seule aura sens complet; ce n ’est que la troisieme partie qui le donne a l ’ouvrage, qui sans cela reste un monstre. * Потом вступите, если возможно, в сношение с генералом В. А. Глинкою, начальником Уральского хребта, моим лучшим, испытанным в счастии и несчастий другом. Вы вдвоем придумаете, что можно будет еще сде­лать; я на вас совершенно полагаюсь, как на одного из благороднейших, из самых добродушных людей, каких я знавал, как на поэта, как на Жуковского. Удастся, слава богу; не удастся, не вы виноваты: воля божия!Целую вас.Вильгельм.Адрес: «Его превосходительству, милостивому государю Василию Андреевичу Жуковскому».* Сделайте, если возможно, второе их издание, которое одно бу­дет иметь полный смысл, получаемый сочинением лишь с третьею частью, без коей оно чудовищно.312