Бабукошка

25Феде всё это надоело, и он стал прогуливать репе-тиции и конкурсы. Придумывал всякое, чтобы не ходить на спевки. Учительница пения устроила на Федьку це-лую охоту и  даже подключила директора школы, Клавдию Семёновну. Это был запрещённый приём. Зря Афродита Ивановна так. Клавдию Семёновну боялись все. Тонкая, поджарая, но мощная, словно южный виноград, плети которого выгля-дят сухими, но тесно, прочно, жилисто переплетаются друг с  другом. Не согнуть, не порвать. Только вырубить. Но Клавдию Семёновну не так легко было и вырубить. Она занималась восточными единоборствами: по школе ходила легенда о чёрном поясе директрисы. А один раз она приняла вызов старшеклассников, которые ездили на сборы, и быстрее всех разобрала и собрала автомат. В  общем, только избегать, слушаться и, если что, не вы-совываться — гласило правило школы, которое передава-лось шёпотом от старших учеников младшим.Уроки закончились, и Федька бочком вытекал из класса в коридор, чтобы не наткнуться на Афродиту Ивановну. Она снова готовила школьный хор к какому-то конкурсу. Помня науку Бабукошки, Федька перебегал от прямого угла между стеной и полом к другому такому же. Прятал-ся, выглядывал, как спецагент. И так увлёкся, что остался совсем один. Бабукошка потом объяснила ему тактиче-скую ошибку. Надо сливаться с толпой, а не привлекать к себе внимание странным поведением в опустевшей школе. Федька добрался до гардероба и нырнул в куртку. Молния взвизгнула, и тут из-за угла выглянула… Клавдия Семёновна!