Чудо в перьях

А зовут нашего новенького Саша Сухоножкин. Ниче­го мальчишка, хоть и фамилия забавная. Правда, мы его ещё не узнали как следует. Потому что на всех уроках он сидел и помалкивал, как пай-мальчик. Только на большой перемене этот пай-мальчик так по-сибирски свистнул, что стёкла в окнах зазвенели. А, может, это и не он вовсе, а наш Балабанов? Наш Балабанов тоже здоров свистеть. Ну, а новенького мы ещё и потому как следует не узнали, что он один день поучился всего и — заболел. Странно, конечно, закалённый сибирский мальчик и вдруг — на тебе. А ведь у нас ещё и мороз ни разу не тюкнул. Всё дождь — слякоть, слякоть — дождь. Генка Деньгин это так объяснил: «Он привык у себя в Сибири ходить шаляй-валяй, лишь бы не замёрзнуть. А тут, видно, вышел не в резиновых сапогах, а в ботиночках. Конечно, простудишься. Это же Ленинград, а не какая-нибудь Сибирь. У нас быстро ста¬нешь из Сухоножкина Мокроножкиным...» Вот так. Приехал из Сибири, денёк поучился и — от¬дыхать. Хорошо ему. Да ещё сколько дней смотрел он в окно на природу, а не в учебники. Тут позавидовать человеку можно... Одним словом, поручила Виринея Се¬мёновна мне и Вадьке навестить этого Мокроножкина. Передать от всего класса привет и пожелание скорей¬шего выздоровления. Заодно сказать, что задано на дом. И особенно помочь разобраться с задачкой. Задачка была в общем-то ерундовой. Про землекопов. Их было двое. Копали две канавы. Один копал два часа, а дру¬гой — не известно. Даже в ответе не сказано. Зато оба копали пять часов. И вот надо узнать, кто из них копал дольше и на сколько. 44