Портрет с отрезанной головой

29– Дома… Сидим… Ну, не знаю… Сейчас спрошу… – И повер-нувшись к нам, сообщила: – Это Сержик. Хочет подъехать. Вы как, не против?Бедная Таша изменилась в лице. Взглянув на нее, я поспешно сказала:– Да пусть приезжает! В конце концов, мы все уже здесь.– Приезжай, – обреченно произнесла Натали и поло-жила трубку.А вечер обещает быть занимательным, подумала я, и не ошиблась. Когда раздался дверной звонок, Таша внутренне напря-глась и застыла как статуя, вероятно, пытаясь унять волне-ние. Сержик вошел, как ни в чем не бывало поздоровался со всей честной компанией и тут же устроился в кресле. Разумеется, он тоже прихватил с собой вино, и посиделки продолжились. Мы с Натали старательно делали вид, будто понятия не имеем, что они с Ташей вдребезги разругалась. Любопытно было наблюдать за обоими любовниками: Таша изо всех сил пыталась изобразить равнодушие, не давая взыграть эмоциям, а Сержик делал безразличное лицо, будто вчера ночью между ними ровным счетом ничего не произошло. В данный момент это, кажется, вполне уст-раивало обоих. Как говорится, было и быльем поросло. Настроение некоторых женщин изменчиво, как морской бриз. Еще сегодня утром Таша пребывала в состоянии глу-бочайшего горя и переживала настоящую трагедию (ну, может, немного переигрывала), теперь же, устроившись рядом с Сержиком, внимала его словам, словно дельфий-скому оракулу, смеялась его шуткам, шутила сама – и была совершенно счастлива. Природная артистичность присут-ствовала в ней всегда. И если уж она устраивала сцену, или закатывала истерику – то непременно в присутствии зри-телей, ну, хотя бы одного. Вот и сегодня, явившись ко мне в самых расстроенных чувствах, она не только не забыла