Литература русского зарубежья (1920–1950 гг. — первая эмиграционная волна)
Это учебное пособие о трагической судьбе литературы серебряного века в период эмиграции. О ней написано немало. Но каждый по-своему интерпретирует и обобщает столь сложный и многогранный материал. Оригинальную интерпретацию представляет и автор предлагаемого издания. Она и в отборе имен прозаиков и поэтов, и в уже апробированных и новых исследовательских, критических трудах, включая работы мемуарного характера, и в акценте на тех значительных произведениях, которые ранее или отклонялись, или освещались «по касательной». Впервые введена глава «Литература казачьего зарубежья» с забытыми именами (П. Поляков «Смерть Тихого Дона», А. Туроверов, П. Аврамов и др.). Сделана попытка уйти от излишней усложненности русского языка и в наиболее эффективной форме в свете новых требований времени дать анализ столь объемного и многогранного литературного периода.Учебное пособие адресовано студентам-филологам, учителям-словесникам, абитуриентам и всем, кто интересуется историей литературы великого разлома апокалиптического времени.
Содержание
Содержание книги "Литература русского зарубежья (1920–1950 гг. — первая эмиграционная волна) "
Отрывок из книги
121тель И. Лукаш спрашивал: «О чём эта книга? — О смерти русского человека и русской земли, о смерти русских трав и зверей. Русских садов и русского неба. О смерти русского солнца. О смерти всей вселенной — когда умерла Россия, о мёртвом солнце мёртвых»1. Страстные отзывы вызвала она и среди зарубежных деятелей культуры. Томас Манн вос-принял её как постижение «сути русской трагедии»2. «Читаешь её и чувствуешь, будто всё время тебя подвергают казни, и вместе — нет сил оторваться», — писал русский общественный деятель В.М. Зензинов в «Современных записках»3. Позже О.Н. Сорокина утверждала, что эта книга И. Шмелёва стала своего рода «художественной предтечей темы большевистского террора в позднейшей русской литературе, открыла путь к теме “большевистской инквизиции” в романе-исследовании А. Солженицына “Архипелаг ГУЛАГ”»4. Всё это, как и многое дру- гое, — свидетельство того, что произведение, завершенное в Грассе в 1923 г., стало своего рода бестселлером.«Солнце мёртвых» охватывает «исход» революционных событий в Крыму с августа 1921 по весну 1922 г. С самого начала Красный Октябрь И. Шмелёв воспринял как трагическое состояние мира, осмысливая его с религиозно-философских позиций. В таком контексте противостоя-ние Тьмы и Света выглядит как наступление Апокалипсиса. Введение христианской символики придаёт происходящим событиям поистине космический масштаб, снимающий границы времени и пространства: «Да какой же месяц теперь — декабрь? — спрашивает автор-рассказ-чик. — Начало или конец? Спутались все концы, все начала... Было ли Рождество? Не может быть Рождества! Кто может теперь родиться? И дни никому не нужны». В свое время Ф. Тютчев в предчувствии всемирной катастрофы в ужасе спрашивал: «Былое было ли — когда?», предрекая человеку одиночество «пред пропастию темной». Пред- чувствия сбылись, но мир погрузился не только в экзистенциальную бездну — открылась бездна и социально-историческая. Время упразднили: у граждан конфисковали часы всех видов, как...
Внимание!
При обнаружении неточностей или ошибок в описании книги "Литература русского зарубежья (1920–1950 гг. — первая эмиграционная волна) (автор Людмила Малюкова)", просим Вас отправить сообщение на почту help@directmedia.ru. Благодарим!
и мы свяжемся с вами в течение 15 минут
за оставленную заявку