Мужик. Сборник

301ляков у этих жизнь хороша. Думал я про них, ду-мал, да на себя и выдумал». Вот и они, эти, тоже выдумывают на себя. Романтики, вроде вас, ба-рин. А то ещё знал я бузулукского мещанина, ко-торый выдавал себя за фальшивомонетчика и, показывая людям настоящие казённые деньги, хвастался чистотою своей работы. Добился ху-дой славы и даже обыска, а потом оказалось, что он и не пробовал никогда сам сделать хоть бы один двугривенный. Спрашивают его: «Зачем же ты, брат, оболгал сам себя?» — «Кому, гово-рит, от этого вред и худо? А мне, чай, приятно думать, что вот захочу и — готово, богат». Перестал улыбаться, задумался, глядя дале-ко за реку, почти синюю, в шёлковые, на солнце, луга. — Это, знаете, у нас черта серьёзная, глубо-кая черта — под нею, может быть, скрыто бьётся жажда иной жизни, под нею святое недовольст-во самим собою человек прячет. Развяжите-ка ему руки, и он перестанет мечтать, возьмётся за дело — возьмётся, это верно. Ведь те, которые перестали мечтать, уже теперь обнаруживают огромные силы, умеют побеждать чудовищные препятствия. Вот мне тут рассказывали об этих волжанах-судоходцах — какие фигуры, какое