Маленькие письма

64 Тень Достоевского За день до сочельника я получил от одного литератора до-вольно большое письмо, которое начиналось так: «Одна бедная женщина, лично мне известная, владеет портретом Достоевско-го, писанным масляными красками в день выноса его из кварти-ры, 31-го января 1881 г., художником В. С. Крюковым (живым и здравствующим). Недавно этот портрет был предложен А. Г. Достоевской для покупки за 25 р.» Затем литератор довольно пространно рассказывает, что А. Г., вдова Ф. М. Достоевского, выразила сомнение, чтобы су-ществовал портрет ее мужа в гробу, кроме писанного Крамским тотчас после смерти; потом, когда портрет ей был принесен, она нашла его непохожим и отказалась его приобрести. «Не найдете ли вы кого-нибудь из почитателей Достоевского, кто бы купил этот портрет». Так заключалось письмо. Я телеграфи-ровал литератору, чтобы прислали мне портрет. В самый сочельник вечером мне подали этот портрет на по-лотне, в квадратных пол-аршина. Я увидел мужскую голову, с закрытыми глазами, с большим лбом, с рыжей бородой и усами, над которыми чернелись две ноздри носа, и с губами, плотно сжатыми. Кругом что-то намазано, не то цветы, не то Бог знает что. Потому ли, что портрет, как сообщал мне литератор, «на-писан при спущенных шторах и восковых свечах», или почему либо другому, но я был совершенно согласен с А. Г. Достоев-ской, что он не походил на ее покойного мужа. Я приобрел портрет, хотя не люблю ни фотографий, ни портретов с мертвых. Эти лица с закрытыми глазами гораздо хуже, чем nature morte. Мертвая роза – не то, что мертвое тело. Я взял портрет и, положив его в ящик шифоньерки, закрыл не-сколькими листами бумаги, чтоб не увидеть его, когда мне при-дется раскрывать ящик. Но, быть может, это старание, с каким я прятал портрет от себя, заставило меня целый вечер думать о Достоевском. Я живо вспомнил его смерть и то глубокое впе-чатление, которое она на...