Петровские дни

29 Кощеем Бессмертным. Во всяком случае, представлялся ему уродливым, злым и страшным. Этому представле-нию немало помогало и то обстоятельство, что дядя и крёстный отец, в честь которого он носил имя Алек-сандра, заявлял старой девице два-три раза, что видеть своего крестника и племянника не желает, так как во-обще мальчишек не любит, ибо они всегда без исклю-чения «сущая пакость». Старуха частенько охала и тужила, что у сироты-питомца нет никакого состояния, кроме двадцати пяти душ крестьян в глухой степной орловской вотчине, где даже и барский дом не существует, давно сгорел. Сама она после своей смерти могла оставить племяннику ма-ленькое полуразорённое имение тоже в Орловской гу-бернии, около полусотни душ. Жить на доходы и оброк можно будет питомцу благоприлично, по-дворянски, но очень не широко. А между тем у родного дяди такое состояние, что деньгам и счёту нет. В одной Калужской губернии до тысячи душ в трёх больших имениях. Да кроме того, богатые вотчины ещё в трёх губерниях. И беседы Осоргиной с питомцем несколько лет подряд о будущности и судьбе её «Сашунчика» своди-лись всегда к одному: – Что бы богачу дяде подарить племяннику хоть полтысячи душ. Что бы ему и совсем сделать крестника своим наследником… Что бы ему вдруг, прости Госпо-ди, сразу преставиться и без завещания в пользу какой-нибудь посторонней «ублажательницы». Тогда Алек-сандр стал бы богачом, а потом стал бы генерал-аншефом. Когда юноша собрался в полк, дядя, несмотря на письма и просьбы старой девицы помочь ей «обшить и справить» племянника, не дал ни гроша и даже ответил коротко и грубо. Затем, явившись в отпуск к тётке по-