Жизнь Клима Самгина (Сорок лет)

30понимал, что они звучат только в памяти. Брякнула щеколда калитки. Самгин приостановился. Впереди его знакомый голос сказал: – Как поведут себя питерцы… Калитка шумно хлопнула, человек перешел на дру-гую сторону улицы. «Поярков», – признал Клим, входя в свою улицу. Она встретила его шумом работы, таким же, какой он слышал вчера. Самгин пошел тише, пропуская в памя-ти своей жильцов этой улицы, соображая: кто из них может строить баррикаду? Из-за угла вышел студент, племянник акушерки, которая раньше жила в доме Варвары, а теперь – рядом с ним. – А, это вы, – сказал студент. – Солдат или полиции нет на бульваре? Самгин отрицательно мотнул головой, прислуши-ваясь. В глубине улицы кто-то командовал: – Поперек кладите! Круче! – Баррикада? – спросил Самгин. – Две, – сказал студент, скрываясь за углом. Самгин подошел к столбу фонаря, прислонился к нему и стал смотреть на работу. В улице было темно, как в печной трубе, и казалось, что темноту создает возня двух или трех десятков людей. Гулко крякая, кто-то бил по бу-лыжнику мостовой ломом, и, должно быть, именно его уговаривал мягкий басок: – Довольно! Довольно, товарищ! Улицу перегораживала черная куча людей; за углом в переулке тоже работали, катили по мостовой что-то тяжелое. Окна всех домов закрыты ставнями и окна до-ма Варвары – тоже, но оба полотнища ворот – настежь. Всхрапывала пила, мягкие тяжести шлепались на землю. Голоса людей звучали не очень громко, но весело, – ве-селость эта казалась неуместной и фальшивой. Неуго-монно и самодовольно звенел тенористый голосок: