Повести и рассказы

— 30 — виноградный разводятъ. Эти лозы цвѣтутъ позже другихъ, но за то плодъ весьма быстро созрѣваетъ и назрѣваетъ онъ въ самое жаркое время года. Такъ вотъ мандаринъ только это вино и пьетъ. — Тонкіе люди китайцы, тонкіе,—замѣтило нѣ-сколько голосовъ. — A затѣмъ, господа, — нежданно проговорилъ Петръ Петровичъ, вставая съ своего мѣста, — вы меня извините, у меня дѣло есть. Губернаторъ меня ожидаетъ все по поводу этихъ-же китайцевъ. Очень очень, очень радъ, что удалось съ хорошими людьми кружку пива выпить. Всѣ поднялись съ мѣстъ; послѣдовали рукопѳ-жатія, а Ефимъ Ефимовичъ вышелъ за Петромъ Петровичемъ всдѣдъ изъ ресторана, проводилъ до экипажа и даже помогъ сѣсть въ него. Когда-же Петра Петровича унесли съ возмож­ной быстротой его вороные, то купецъ возвратился на террасу, долгое время молчалъ, поглаживая свою бороду, и, наконецъ, проговорилъ: — Точно-съ, Ховенскаго Сергѣя Иродіоновича, ни-когда-съ, а этотъ всетаки человѣкъ-съ. Вотъ, на свалку самъ ѣздшгь, да и съ людьми разговаривать умѣетъ. За это время солнце окончательно спряталось, и быстро наступившая сумерки не замедлили замѣ-ниться роскошной осенней ночью. Ночь высыпала на небо всѣ свои звѣзды и была полна такой теплыни, такой лучезарной задумчи­вости, что даже и на людей, выпившихъ лишній стаканчикъ пива, она подѣйствовала успокоительно. Ресторанчикъ на берегу рѣки началъ малу-по-малу пустѣть.