Философско-публицистические сочинения 1900-х годов

120 возмездие государства, чем чудовищная его безлич-ность. Страшна смерть и отвратительно убийство, но что сказать о смерти, возведенной в закон жизни, об убийстве, организованном сознательно хозяевами жиз-ни во имя поддержания призрачного в ней порядка. Есть в мире правда высшая, чем эта кровавая месть, и не к мести этой призывает наше сознание, но не госу-дарству об этой правде напоминать, не перед государ-ством будет дан ответ за ужас убийства. Человеку было сказано: «Не убей», но государство – люди государ-ственные, люди власти не приняли этого на свой счет, отнесли заповедь лишь к подвластным им и поддержи-вают свое существование законом звериным, о Боге ничего не ведающем. Смерть – самое крайнее, самое страшное выражение мирового зла, отпадение мира от Бога, и целью рели-гии всегда была победа над смертью, утверждение жиз-ни вечной. Если крестная смерть Христа была победой над смертью, то она вместе с тем была и самым власт-ным, религиозным осуждением убийства. Казнящий смертью, утверждали истинные христиане, присоеди-няется к делу мучителей Христа, убивает не только че-ловека, но и Бога. Революционеры, совершающие политические убийства, на которые ссылается правительство для оправдания своих преступлений, не первые подняли меч, не «холодно» убивают, не «безоружных» убивают. И эти убийства ужасны, мы жаждем выйти из кровавого круга, в который вступило правительство, но не всякий смеет осуждать их, не всякий имеет на это право и ме-нее всех, конечно, обагренная кровью невинных госу-дарственная власть. В политических убийствах, совершенных отдельными героями, в дуэлях, в защите чести личность человеческая отдает и свою жизнь, от-вечает за себя собою, а государство всегда безответ-