История государства Российского

29 венство, Синклит и Двор ныне торжественно желают мно-голетия Государю: еще не имею счастия видеть его лицо, но также усердно молюся, да здравствует», — спросил ви-на и стоя пил Царские чаши вместе с Московскими санов-никами и Датскими Послами. Одним словом, Иоанн хотел любви Борисовой и любви Россиян. Салтыков и Власьев писали к Царю о здоровье и веселом нраве Королевича; уведомляли обо всем, что он говорил и делал: даже о наря-дах, о цвете его атласных кафтанов, украшенных золотыми или серебряными кружевами! Царь требовал сих подроб-ностей — и высылал новые дары путешественнику: бога-тые ткани Азиятские, шапки, низанные жемчугом, поясы и кушаки драгоценные, золотые цепи, сабли с бирюзою и с яхонтами. Наконец Иоанн изъявил нетерпение быть в Москве: ему ответствовали, что Государь боялся спешною ездою утомить его — и поехали скорее. 18 Сентября ноче-вали в Тушине, а 19 приближились к столице. Не только воины и люди сановные, от членов Синклита до приказных Дьяков, но и граждане встретили Герцога в поле. Выслушав ласковую речь Бояр, он сел на коня и ехал Москвою при звуке огромного Кремлевского колокола с Датскими и Российскими чиновниками. Ему отвели в Ки-тае-городе лучший дом — и на другой день прислали обед Царский: сто тяжелых золотых блюд с яствами, множество кубков и чаш с винами и медами. 28 Сентября было тор-жественное представление. От дому Иоаннова до Красного крыльца стояли богато одетые воины; на площади Крем-левской граждане, Немцы, Литва, также в лучшем наряде. У крыльца встретили Иоанна Князья Трубецкой и Черкас-ский, на лестнице Василий Шуйский и Голицын, в сенях первый Вельможа Мстиславский с Окольничими и Дьяка-ми. Царь и Царевич были в золотой палате, в бархатных порфирах, унизанных крупным жемчугом; в их коронах и на груди сияли алмазы и яхонты величины необыкновен-ной. Увидев Герцога, Борис и Феодор встали, обняли его