Собрание сочинений А.В. Амфитеатрова

И З Д А Л И . ВЕЛИКІЙ АНЕКДОТЪ. 25 зыскусственность Короленки была спрятана подъ мелодраматическимъ гарниромъ, приготовленнымъ вполнѣ по обычаямъ края сего. И названіе страш­ное придумали — «Nelfimpero délia morte» (Въ царствѣ смерти), и картинку страшную посадили на обложку. Откровенно говоря, насъ, рус­скихъ почитателей Короленки, даже коробила эта вывѣсочность, которой самъ Короленко никогда не допустилъ бы для русскаго рын­ка. Но — сказано: «поступайте по обычаямъ страны вашей!» — съ своимъ уставомъ въ чу­жой монастырь не ходятъ. И, за всѣмъ тѣмъ, не потрафили : все-таки — просто ! Обстоятельное изложеніе безъ фразъ и риторики, которое влива­ется въ душу неотразимою логикою событій, совер­шенно не въ здѣшнихъ нравахъ. Напрасно думать, что воліющій фактъ, какъ бы громко онъ ни во-піялъ, будетъ понять безъ толмача, который разъ-яснилъ бы его трагическою декламаціей и размаши­стыми жестами. — Ради Бога, — говорилъ мнѣ одинъ русскій, пишущій для итальянскихъ газетъ, — не читайте меня по-итальянски: я самъ краснѣю, когда пере­читываю, такиімъ начинаю казаться фразеромъ и пошлякомъ.. А иначе — ничего не подѣлаешь: не станутъ печатать! Попробуйте, напишите: «этотъ губернатору прославленный своею грубо­стью, сдѣлалъ то-то и то-то» — никто не обратить вниманія. Напишите: «свирѣпый тиранъ, кровожад­ный типъ человѣка-звѣря, i l tipo sanguinario di delva umanâ», — прочтутъ и духомъ возмутятся, и слезу прольютъ, и митингъ соберутъ, и протестующую ре­золюцию вынесутъ. Коллега былъ совершенно правь. Я самъ пере-