Бахчисарайский фонтан

63сказано не в суд, и не во осуждение, однако ж nota nostra manet1, как пишет один старинный комментатор.легко вообразить, какое впечатление Алексей должен был произвести в кругу наших барышень. он первый перед ними явился мрачным и разочарован-ным, первый говорил им об утраченных радостях и об увядшей своей юности; сверх того носил он чер-ное кольцо с изображением мертвой головы. все это было чрезвычайно ново в той губернии. Барышни сходили по нем с ума.но всех более занята была им дочь англомана мо-его, лиза (или Бетси, как звал ее обыкновенно Гри-горий иванович). отцы друг ко другу не ездили, она Алексея еще не видала, между тем, как все молодые соседки только об нем и говорили. ей было семнад-цать лет. Черные глаза оживляли ее смуглое и очень приятное лицо. она была единственное и, следст-венно, балованное дитя. ее резвость и поминутные проказы восхищали отца и приводили в отчаянье ее мадам мисс Жаксон, сорокалетнюю чопорную девицу, которая белилась и сурьмила себе брови, два раза в год перечитывала «Памелу»2, получала за то две тысячи рублей, и умирала со скуки в этой варварской России.за лизою ходила настя; она была постарше, но столь же ветрена, как и ее барышня. лиза очень лю-била ее, открывала ей все свои тайны, вместе с нею об-думывала свои затеи; словом, настя была в селе При-лучине лицом гораздо более значительным, нежели любая наперсница во французской трагедии.– Позвольте мне сегодня пойти в гости, – сказала однажды настя, одевая барышню.– изволь; а куда?1 наше замечание в силе (лат.).2 «Памела, или награжденная добродетель» – роман С. ри-чардсона, родоначальника «чувствительной» литературы.