Из деревни. Тряпичник

- Да, лапушка, наслал Господь испытание! Голод в дерервне - страшнаябеда, тяжкая, горькая... Леночка облокотилась на кухонный стол обеими руками, подперлаголову и широко раскрытыми глазами пытливо смотрела на Акулю. - Я не могу понять, Акуля... не могу представить, что такое голод, как этобыть голодным?! Это, верно, очень тяжело. - Лучше и не говорить! Невыносно!.. - Ну, рассказывай, Акуля, - тихо попросила Леночка. - Пришел он с весны... Может, слыхала про засуху? - Да, да... - Так вот засуха все сгубила, ничего не уродилось на полях. Подошлаосень; крестьяне, милушка, головы повесили. Нечего было с полей взять...Нечем питаться. Продали мужички скот, проели денежки, а зима-то великаеще... Ребята исхудали, едят впроголодь; к муке примешивали и мякину, илебеду, и кору... Пошли кто на работу, кто по миру... Деревни опустели -ходит народ, словно тень... Воют ребятенки - хлеба просят: материнскоесердце кровью обливается... Нету ни у кого ни хлеба, ни дров, ниодежонки. Пришла беда невылазная! Леночка замерла, слушает, не шелохнется, по лицу ее текутнеудержимые слезы... Она уже не в первый раз слышала этот рассказ, ноон всегда одинаково волновал ее. - Господи! Хоть бы скорее уже приехали, да помогли голодающим, -проговорила она, увлеченная безыскусственной передачей. - Акулинька, ведь им помогут? Да? - спрашивала Валя, поворачивая ксебе обеими ручками лицо Акулины. - Помогут, родимая, как же не помочь... Добрые люди помогут. - Знаешь, Акуля, когда был голод, мы с бабушкой каждый день ходили кКазанскому собору и клали с Валей в кружку копеечки. А дома мы всешили: и новое, и старое перешивали, а бабушка посылала куда-то вдеревню, - рассказывала Леночка. - Вот то-то, милая... Помогали так-то все по разным местам; не оставилив беде людей голодных... - Акулинька, мы тогда не ели гостинцев. Бабушка говорила: "Десять20