Германия в XX веке

историографии), либо к построению под руковод-ством рабочего класса социалистического общества на немецкой земле (постулат историков ГДР и СССР). За внешней непримиримостью двух формулировок скры-вается общий тезис о завершенном социальном экспе-рименте и стабильной политической системе, который никем всерьез не оспаривался вплоть до осени 1989 г. Сложности начинаются, когда исследователь покидает привычную дихотомию власти и подданных, опускает-ся с высших этажей государственного руководства и стерильной идеологии в сферу реальных обществен-ных отношений, менталитета, политической и произ-водственной культуры как «низов», так и их прямого начальства. Очевидная узость источниковой базы по-добных аспектов истории ГДР не означает их отсут-ствия вообще, и масштабы их научного освоения, опи-рающегося на экономическую мощь и политический интерес современной ФРГ, достойны стать предметом не только зависти, но и подражания российских иссле-дователей. История «второй германской диктатуры» открывает гораздо больше возможностей для сопостав-ления с развитием послевоенного СССР, нежели брос-кие параллели между гитлеровским и сталинским ре-жимами. Восточная Германия, как когда-то Советская Россия, стала заложником массовых настроений «нового нача-ла» и «светлого будущего», о которых шла речь в предыдущей главе. ФРГ заслужила упрек реставрации, приняв на себя ответственность за трагедию «третьего рейха», за наследие Потсдама и Веймара, чтобы на этой основе прийти к синтезу старого и нового, интеграции национальных традиций и европейской политической культуры. ГДР, напротив, заявила о себе как антитезе всей германской истории, которая закономерным обра-зом привела к победе нацизма. Антифашизм как одна 254