Передвижники и влияние их на русское искусство

30 разныхъ какихъ-то справокъ. Наконецъ, дошла очередь и до насъ. Подходитъ инспекторъ и спрашиваетъ: „кто изъ васъ жанристы, и кто историки?" Несмотря на всю простоту этого вопроса, онъ былъ неожиданностью для насъ, привыкшихъ въ короткое время не дѣлать различія между собой. Имѣя необходимость разъяс­нить въ Совѣтѣ, какъ вообще отнеслись къ нашимъ прошеніямъ, мы поторопились сказать: всѣ историки! Да и чтЬ можно было сказать въ послѣднюю секунду, предъ дверями конФеренцъ-залы, которыя въ это время уже раскрылись чьими-то невидимыми ру­ками, и въ нихъ, тамъ, въ перспективѣ, въ глубинѣ—мундиры, звѣзды, ленты; въ центрѣ, полный генеральскій мундиръ съ эпо­летами и аксельбантами, большой овальный столъ, крытый зеле-нымъ сукномъ съ кистями?! Тихо мы вошли, скромно поклони­лись и стали вправо, въ углу. Такъ же неслышно захлопнулась за цами дверь, и мы остались глазъ на глазъ. Секунду я ждалъ, что теперь уже весь Совѣтъ, вмѣсто инспектора, поставитъ намъ вопросъ: кто изъ васъ жанристы, и кто историки? Но слу­чилось безмолвное и завѣдомо несправедливое признаніе всѣхъ насъ историками. Вопроса поставить намъ въ эту минуту избѣ-гали. Вице-президентъ поднялся съ своего мѣста, съ бумагой въ рукѣ, и прочелъ не довольно громко и мало внятно: „Совѣтъ Императорской Академіи художествъ, къ предстоящему въ бу-дущемъ году столѣтію Академіи, для конкурса на большую зо­лотую медаль по исторической живописи избралъ сюжетъ изъ скандинавскихъ сагъ: „Пиръ въ Валгаллѣ". На тронѣ богъ Одинъ, окруженный богами и героями; на плечахъ у него два ворона; въ небесахъ, сквозь арки дворца Валгаллы, въ облакахъ видна луна, за которою гонятся волки" и проч., и проч., и проч. Чтеніе кончилось; послѣдовало обычное прибавленіе: „какъ велика и богата задаваемая вамъ тема, насколько она позволяетъ человѣку съ талантомъ выказать себя въ ней и, наконецъ, какіе и гдѣ взять матеріальг, объяснитъ вамъ нашъ уважаемый ректор-, Ѳе-д о р ъ А н т о н о в и ч ъ Б р у н и " . Тихо, съ правой стороны отъ вице-пре...