Ученые записки Императорского Московского Университета

Но что такое очевидность?—Очевидность истины какого-нибудь утверждения (иди отрицанія) есть, по ученію Декарта, ничто иное, к а к ъ «ясность и раздѣльность усмотрѣнія» этой истины. «Всѣ в е щ и , усматриваемый нами вподнѣ ясно и вподнѣ раздѣльно, с у т ь вещи истинный», говорить онъ, Ф о р м у л и р у я свой критерій и с т и н ы . Въ другомъ мѣстѣ онъ выражаешь его т а к ъ : «насколько что-нибудь усматривается ясно и раздѣльно (clare ас distiocté рег-cipitur), настолько же оно и истинно*. Декартъ опредѣленно эа-м ѣ ч а е т ъ , что подъ «ясностью» усмотрѣнія онъ разумѣѳтъ его «отчетливость», а подъ «раэдѣльностью»—«точность». Притомъ, Формулируя свой критерій истины, Декартъ постоянно имѣетъ въ виду только истину утвержденій и отрицаній,—вообще предложеній. Спрашивается, далѣе: какъ широка область очевидности, а слѣдовательно вмѣстѣ съ нею и достовѣрности?—Отвѣтъ Декарта н а этотъ войросъ оказался твердымъ только н а половину. Кругъ очевидныхъ предметовъ опредѣляется у него, в о - п е р в ы х ъ , объе м о м ъ ФНКТОВЪ мышленія. «Подъ словомъ мышленіе, говорить Де­к а р т ъ , я разумѣю все совершающееся в ъ насъ такимъ образомъ, что м ы сами усматриваемъ это непосредственно; поэтому нр только понимать, хотѣть, воображать, но и чувствовать, для меня тоже с а м о е , что мыслить». Т.-е., выражаясь научнымъ языкомъ нашего времени, в ъ сферу очевидности входятъ, прежде всего, всѣ Ф а к т ы нашего «сознанія», или непосредственнаго, прямого наблюдения н а д ъ своими душевными опытами, к ъ составу которыхъ принад­лежать и такъ-называемыя внѣшнія ощущенія. Слѣдовательно, выражая точнѣе взглядъ Декарта, мы можемъ сказать, что с ъ его точки эрѣнія, к ъ вещамъ очевиднымъ принадлежишь, прежде всего , все то, что называлось еще в ъ древности и также назы­вается теперь — явлениями внутренними и внѣшними.