Тайна высокого дома

спасти мою честь. - Говори, Петр, чего ты требуешь от меня? - прервал его ИннокентийАнтипович. - Хорошо, слушай: между Марией и этим Ильяшевичем несомненносуществует переписка, они назначают друг другу свидания. Я несомневаюсь в этом, так как своими глазами видел, как она сожгла письмо...Я должен иметь одно из этих писем... - Это будет трудно. - Это надо. С этой минуты мы оба будем настороже, и ни одна живаядуша не подойдет к дому и не выйдет из него, укрывшись от нашего глаза.Ты будешь сторожить снаружи, а я - внутри. Ты меня понял? - Понял. - О, я буду терпелив, но я хочу, в конце концов, узнать то, что я должензнать. На какие бы дьявольские хитрости они ни пускались - мы ихнакроем. Больше им меня не обмануть. Я ищу правды, страшной правды и- я найду ее. Глаза его налились кровью. - Если моя дочь потеряла вместе с сердцем и свою честь, я буду питьчашу позора, капля за каплей... Его голос захрипел и прервался. - Петр, Петр, не осуждай преждевременно!.. - воскликнул ИннокентийАнтипович. - И мне придется ее выпить до дна, до самого дна... - не слыша его, какбы рассуждая сам с собою, продолжал Толстых. - Ради самого Бога, Петр, не говори так, ты пугаешь меня. - Ты, ты, заступаешься за нее!? - вдруг вскрикнул Толстых и вскочил. - Да, потому, что я не могу допустить мысли, чтобы Мария сделалатакую ошибку... - Ты хочешь сказать - преступление... - Она, быть может, поступила неосторожно... - Очень скоро узнаем мы, кто из нас обоих прав - ты или я. До тех пор уменя не будет ни одной минуты покоя, ни одной ночи сна. Вот уж шесть30