Надежда Николаевна

то, что должно быть... Вы задумали хорошую картину, АндрейНиколаевич... Я постараюсь сделать все, чтобы она вышла... насколько отменя это зависит. - Что же вы можете сделать? - Я говорила вчера... Я сделаю вам выражение. Вам будет легчеработать... Она быстро стала на свое место, подняла голову, уронила белые руки, ина ее лице отразилось все, о чем мечтал я для своей картины. Тут былирешимость и тоска, гордость и страх, любовь и ненависть... - Так? - спросила она. - Если так, то я буду стоять сколько угодно. - Лучше мне ничего не нужно, Надежда Николаевна; но ведь вам будеттрудно сохранять подолгу такое выражение. Благодарю вас. Посмотрим.До этого еще далеко... Позвольте просить вас позавтракать со мною... Она долго отказывалась, но потом согласилась. Моя поилица и кормилица Агафья Алексеевна принесла завтрак; мы впервый раз сели за стол вместе. Сколько раз это случалось потом!..Надежда Николаевна ела мало и молча; она, видимо, стеснялась. Я налилв ее стакан вина, которое она выпила почти сразу. Румянец заиграл на еебледных щеках. - Скажите, - вдруг спросила она, - вы давно знаете Бессонова? Я не ожидал этого вопроса. Вспомнив все, что произошло между мною иБессоновым из-за нее, я смутился. - Отчего вы краснеете? Впрочем, все равно; только ответьте мне навопрос. - Давно. С детства. - Он хороший человек? - Да, по-моему, он хороший человек. Он честен, много работает. Оночень талантливый человек. Он хорошо относится к матери. - У него есть мать? Где она? - В ***. Там у нее есть маленький домик. Он высылает ей деньги и саминогда туда ездит. Я никогда не видал матери, более влюбленной в сына. - Зачем же он не возьмет ее сюда?30