Сергей Соловьев

29 по сведениям, а по недостатку нравственного достоинства, но этого Строганов не понимает». Все знавшие Соловьева едино-гласно подтвердят, что скорее у него можно было отнять ум и талант, чем нравственное достоинство. От кого Григорьев слы-шал подобную клевету? Он не знал Соловьева лично, потому что с 1838 года находился в Одессе. Не шла ли эта клевета из Москвы? По возвращении из-за границы Соловьев очутился в до-вольно неловком положении. Статья его о Парижском универ-ситете, выдержки из которой я привел выше, пришлась по вкусу Погодину и была напечатана им в «Москвитянине», но именно по этой причине не могла понравиться западникам. Неприятно действовало отрицательное отношение к Парижскому универ-ситету, а так как Соловьев ничего другого не печатал о своем заграничном путешествии, можно было думать, что он вообще относится пренебрежительно к европейской науке, чего на са-мом деле не было. Упомянутая статья написана действительно в узконациональном духе. Она начинается такими словами: «Для каждого путешественника-наблюдателя первым предметом любопытства в государстве, среди которого гостит он, должно быть народное образование, закончание которого сосредоточивается обыкновенно в высших учебных заведениях, в университетах. Если человек родится в свет грубым материалом, которому семейство должно сообщить человечественную форму, то университет обязан дать ему форму гражданскую, образование гражданина в настоящем, полном значении этого слова, и стыд тому семейству, из которого молодой человек выходит без наследия, без имени отеческого, за-клейменный печатью чуженародности в поступках, мыслях и словах; такой сын должен считаться незаконным в высшем, гражданском смысле. Но еще несчастному юноше остается средство спасения: он может быть усыновлен отечеством чрез университет; но он погибает окончательно, если и здесь встречает чуждое направление, – и стыд и г...