Немецкая культура и война

— 28 — до-военному прямолинеен* и потому нередко коми-чеегь въ своем* ультра-патрёотичеекомъ каетиегба-лизме. Не только ИСТОРИЕЙ; т.-е. люди, постоянно вра­щающееся въ мёре челов'Ьческихъ отношений про-шлаго, во н философы, современники борьбы Герма­н ш за единство, были захвачены общей идеологией командующихъ ешасеонъ, прославляющей сипу и выс­шее проявление силы, войну. Ницше, самый свое­образный изъ нихъ, и и с а л ъ : «Вы мытари, что было сказано въ древшя времена: блаженны кроткие, ибо они наследуютъ землею. А я говорю в а м ъ : блаженны храбрые, ибо они сдълаиотъ землео евоимъ преетоломъ. Вы слышали также, какъ говорилось: блаженны ни­щее духомъ. А я говорю в а м ъ : блаженны великёе духомъ и свободные умомъ, ибо они войдутъ въ Вал­галлу. Вы слышали е щ е : блаженны творящее мир*. А я говорю в а м ъ : блаженны творящее войну, ибо они будутъ названы детьми если не 1еговы, то Одина, более великаго, чнмъ 1еговя». И въ другомъ М'Ьств: «Только мечтатели ж люди прекраснодушные могут* говорить, что человечество создастъ все лучшее лишь тогда, когда разучится воевать. У паеъ теперь н е т * дру­гого средства, которое можетъ вдохнуть въ народы, по.грязшйе въ вялой размягченности, мужественную энергёю, свойственную жизни въ лагере, глубокую, но безличную ненависть, хладнокровнуео жажду истребления, совершаемаго съ ЧИСТОЙ совестью, гор­дое презрение к ъ собственной жизни и къ жизни близких* такъ хорошо, какъ это делаотъ война». Предчувствие решающей роли силы въ создании единства было такъ неотразимо, что даже идеологи демократии не остались чужды его гипнозу, Отецъ немецкой соцёаяъ-демократёи, Фердикандъ Ласеаль,