Франц Кафка

49Франц Кафка: Как строилась Китайская стена же кто-то не дает ему прохода, он указывает себе на грудь, на которой у  него знак солнца; легко, как никто другой, продвигается он вперед. Но толпа так огромна, ее обитате-лям не видно конца. Если бы перед ним открылось широкое поле, как он помчался бы, и ты, наверно, уже вскоре услы-шал бы торжественные удары его кулаков в твою дверь. Но вместо этого он бесплодно растрачивает свои усилия; пока что он все еще проталкивается через покои во внутрен-ней части дворца; ему никогда их не одолеть; но если бы даже ему это и  удалось, он ничего бы не достиг; ведь ему бы предстояло еще проталкиваться вниз по лестницам, но если бы вдруг удалось и это, он все равно ничего бы еще не достиг, ибо еще предстояло бы миновать дворы, а после дво-ров — второй дворец, наружный, и снова лестницы и две-ри, и  потом еще один дворец, и  так сквозь тысячелетия, и если бы вдруг он наконец опрометью выбежал из послед-них ворот  — но этого никогда, никогда не будет,  — перед ним сперва раскинется императорская столица, пуп земли и центр мира, битком набитая осевшими в ней обитателя-ми. Вот уж сквозь эти людские толщи никому не пройти, пусть даже и  с  вестью от умирающего.  — Ты же сидишь у своего окошка, коротаешь вечер и тщетно пытаешься эту весть вообразить»1.Я вам эту историю толковать не стану. Чтобы догадаться, что под человеком, к  которому эти слова обращены, под-разумевается прежде всего сам Кафка, мои подсказки не нужны. Только вот кем был Кафка? Он все сделал, чтобы забаррикадировать нам путь к  ответу на этот вопрос. Не-сомненно, конечно, что в центре всех своих романов стоит он сам, но события, которые с  ним стрясаются, как буд-то нарочно призваны сделать незаметным, свести на нет того, кто их переживает, задвинув его в самую сердцевину