Сочинения Хворая. На-миру

26 ХАЙ-ДЪВКА. не было . . . BecxbDKie г л а з а ! . . Кто тебя теперь возьметъ э к у ю ? . . Слышь, чтобы и звашя и духу того не было около тебя . . , И близко не допущай его къ себ% . . < А то изобью . . . Татьяна, молча, насупившись и отворотясь, слу­шала отца и ждала, что онъ примется ее бить; но ДмитрШ Петровъ ушелъ изъ избы, только крепко хлопнувъ дверью, и загЬмъ считалъ век свои обя­занности, какъ отца, исполненными. Онъ былъ че­ловекъ неразговорчивый и безучастный ко всему, кроме прибытка. Самъ себе составивши состояше, онъ только и думалъ, только и заботился, что о сохраненш и увеличены е г о : стремлеше къ наживе поглотило всего его безраздельно. Живя ладно съ женою, имея только одну дочь, онъ никогда не оби-жалъ ихъ, не отказывалъ ни въ чемъ нужномъ, да-валъ имъ полную свободу; но ни жена, ни дочь не видали никогда отъ него ни особенной заботы о себе, ни тЬмъ б о л е е ласки. Онъ не былъ ни золъ, ни эгоистъ, но и не жилъ для семьи своей: на ба­заре, въ торговле, за своимъ деломъ — вотъ где была его настоящая жизнь; здесь онъ былъ и ве-селъ, и разговорчивъ, и оживленъ; домой онъ при-ходилъ только есть и спать. Дочь ничего къ нему не чувствовала: ни любви, ни привязанности, но признавала за нимъ право взыскивать и наказывать, и всегда ждала отъ отца скорее брани и побоевъ, чемъ ласковаго слова, хотя не видала и не слыхала ни того, ни другого. Какъ ни была смела и бойка Татьяна, но отца она побаи­валась. Оставшись одна после его угрозы, она за­думалась» — Вотъ теперь все узнали,—думала она. — Про- * щай, мой Илюшенька-голубчикъ, прощай, удалая го-