Сочинения

2 0 Ттъ СОФРОНОИЪ Козонокъ. вичъ слылъ за человека самаго умнаго во всемъ око-лодке. Впрочемъ, не смотря на свою дальновид­ность въ чужихъ д-Ьлахъ, Софронъ былъ очень бли-зорукъ въ своихъ собственныхъ: размышляя по­стоянно о первыхъ, онъ почти всегда находился въ созерцательномъ состоянш, и потому не видалъ что делается у него подъ носомъ, а подъ носомъ у него росъ не по днямъ, а по часамъ его возлюб­ленный и единственный сынъ, Тишка, будущШ Титъ Софроновъ Козонокъ. Д о четырнадцати л е т ъ , поль­зуясь полною свободою и всегдашнею защитою своего чадолюбиваго родителя, Титъ велъ жизнь самую беззаботную и самую привольную: зимой онъ только и занимался темъ, что катался съ горы на салазкахъ, а летомъ воровалъ горохъ, бобы, морковь и ягоды изъ чужихъ полей и огородовъ. Наделилъ Богъ его силой, а воспиташе, или, лучше сказать, отсут-CTBie всякаго воспиташя, развило въ немъ необыкно­венную задорливость и сделало его буяномъ. Все мальчишки, его сверстники, терпели отъ него горь­кую участь, да мало того, — онъ и старшимъ, и взро-слымъ готовъ былъ на плечи сесть, разумеется, еслибъ они это позволили. Такое поведете и такой характеръ Тита жестоко оскорбляли всю дворню. — „Чего господа смотрятъ, говорила она: — мальчишка совсемъ въ годы вошелъ, а только шаты продаетъ, да баклуши бьетъ, да еще этакой-то пострелъ ко всякому съ кулакомъ лезетъ. Ни встречному, ни поперечному прохода не даетъ, никому житья отъ него нетъ. Хорошъ и батюшка-то: тоже, кажется, человекъ умный, разсудительный, всякое д е л о т е б е такъ разложитъ, какъ пить дастъ, а того не видитъ, что мальчишка только балуется, да бегаетъ точно по пятому годку — этакой верзило!" — Н о наконецъ