Наши богатыри

— 27 — Съ прпвЪтомъ и любопытствомъ окружили караби­неры своего товарища; вопросы у ч а ш я сыпались на Дидиченко, который, въ первыя минуты радости, не могъ вымолвить слова, и съ нЪмымъ, иеизъясипмымъ восторгомъ человека, возвратившагося въ родную семью, послЪ долгой и бедственной отлучки, съ любовью останавливался на всемъ окружающемъ, приветливо обнималъ товарищей и ласкалъ ротную собаку, вскорм­ленную артелью... Когда прошли первыя минуты восторга, вокругъ бпвачнаго костра, около Дидиченки образовался боль­шой кружокъ карабинеровъ, и все съ нетерпЪшемъ ждали разсказа товарища о его плене и спасен!н. Удовлетворяя общему желашю и собственной по­требности наговориться на языке родномъ, Яковъ Ди­диченко началъ разсказъ свой почти въ следующихъ словахъ: «Для каждаго православнаго памятенъ день Рож­дества Христа Спасителя; для насъ, братцы-то­варищи, послеянш празднпкъ былъ праздникомъ вдвой­не!... Съ ранняго утра загудели пушки при Чипа­ми; по знаку призывному, полкъ нашъ, подъ началь­ствомъ- храбраго генерала Бельгардта, двинулся на помощь Тобольцамъ. «На бой кровавый спешили мы, какъ православ­ные спешатъ въ этотъ день въ храмъ Господень: шли мы на дело святое,-—за веру Христову, за Ца­ря Великаго и на выручку собратш нашихъ!... «Помните, братцы, какъ баталюнъ нашъ, достиг-нувъ глубокаго рва, былъ встреченъ турецкимъ