Избранные работы

32 Часть I 4. Переименование вещей Итак, Олеша явно не ставил себе целью прислушаться к устоявшемуся складу народ­ной речи или уловить и «записать» живой говорок современной улицы. Слово в его прозе служит совсем другим целям. Олеша стремился открыть в слове новые или еще недоста­точно, по его мнению, использованные русской классической литературой возможности. «На мой взгляд, великие русские писатели (кроме Гоголя) плохо изображали, напри­мер, природу. Знаменитый изображатель природы Тургенев не изображал ее, а описы­вал—совершенно не впечатляюще. Дело, конечно, вкуса. Гоголь написал о дорогах, которые расползались, как раки, и о сломанной березе в саду Плюшкина, которая сто­яла, как обломок колонны. Тургенев же писал: «Легкий ветерок пробежал по ржи. Ма­линовка вспорхнула» и т. д. Он передавал то, что видел,—и это не есть поэтическое искусство,—потому что поэзия начинается галлюцинацией. Проза Хлебникова—об­разец умения изображать». Вряд ли Олеша справедлив в оценке описаний Тургенева, но в оценке Хлебникова он, несомненно, прав. Приведенные с л о в а — и з предисловия Олеши к одному из изданий хлебниковского «Зверинца», осуществленному литографи­ческим способом в 1930 г. (Впервые он был напечатан в 1910 г.): «Зверинец» считаю шедевром,—пишет он дальше,—«Олень—испуг, цветущий широким камнем»,—это академия для прозаиков»1 9. У Хлебникова «грудь сокола напоминает перистые тучи перед грозой», а слоны кривляются, «как кривляются во время землетрясений горы». Безотказная изобразитель­ная сила этих сравнений очевидна. Для Олеши это качество прозы казалось особенно в а ж н ы м — и не для него одного. По тем же путям шла проза Ильфа и Петрова. Они постоянно ищут слова, точно и бе­зошибочно очерчивающего предмет. Целый поток ярких зрительных подробностей несется в их знаменитых романах. Веселый и энергичный тон их описания живо напо­минает прозу Олеши2 0. «Поезд вкатился в коридор между порожними составами и, щелкая, как турникет, стал пересчитывать вагоны. Пути вздва...