О вере и неверии

— 28 — учебникамъ и вообще книгамъ. Только по довЪрш къ путешественникамъ и изследователямъ мы знаемъ геогра-фно и этнографию. Только по довЪрш къ письменнымъ докумеитамъ и археологическимъ даннымъ, т. е. опять таки къ людямъ, мы пзучаемъ и исторш вообще. И кто р-Ьшится утверждать, что все сообщаемое ими — безусловная истина, которую мы и сами можемъ про­верить?! Если и можно намъ проверить многое, то ка­кай только незначительная часть изъ насъ въ состоянш это сделать и действительно делаетъ?! А въ изменяе­мости сообщешй разныхъ географовъ, историковъ, да и вообще представителей ноя к ихъ отраслей знаю я, мы убеж­даемся чуть не каждый день, читая новыя сообщешя о старомъ, вводя постоянныя поправки къ нему и даже совершенно оставляя его ради иоваго. И въ этомъ мы обычно полагаемъ прогрсссъ знашя. Значить, каждое наше знаше истинно только на время, пока его не за­метить новое, опять таки нами воспринимаемое преиму­щественно на вЬру—но доверш или къ людямъ или выставляемымъ ими основашлмъ. о. Напрасно, ибо неосновательно, и о наукахъ, хотя бы самыхъ точныхъ, думаютъ, что все въ нихъ зиждется на точномъ и достоверномъ знаши, опытно доказуемомъ и чувствами воспринимаемомъ. Не говоря о массе раз­ныхъ Teopifl, предположен^, гинотезъ, въ каадой науке обильно разсыпанныхъ. псе такъ наз. «вькчшя и пос­леди]" я основашя» точныхъ наукъ, а равно устанавлива­емые ими «законы», какъ заметилъ въ одномъ изъ сво­ихъ послЬднихъ сочинешй известный, недавно скончав-ппйся. философ—Гартманъ, «въ высшей степени гипо­тетичны» (т. с. предположительны, лишь вероятпы) х) Вотъ несколько этому общензвестныхъ примеровъ. Самой точной наукой почитается математика. Но ') Die Vcltonacliiiung dor inodornon 12 ysin 190*2 s 212.