Утраченное наследие Горбачева

30 Стивен Коэн Когда Горбачев пришел к власти в 1985 г., он уже был реши-тельно настроен добиваться не просто очередного ослабления западно-восточной напряженности, но отмены сорокалетней «хо-лодной войны» (71). На это у него были три причины. Он был уверен, что ее наиболее опасный элемент, советско-американская ядерная гонка, представляет угрозу существованию человечества. Он хотел, чтобы Советский Союз стал неотъемлемой частью За-пада, «общеевропейского дома», в который он включал и США. Кроме того, без существенного сокращения международной на-пряженности и экономических затрат на «холодную войну» Гор-бачев едва ли мог мобилизовать в стране политическую поддерж-ку и ресурсы, необходимые для перестроечных преобразований. Антивоенная миссия Горбачева была продиктована тем, что он и его помощники называли «новым мышлением». Также за-клейменное коммунистическими фундаменталистами как ересь, оно совершило «концептуальную революцию» в советской внеш-ней политике (72). Заложенные в нем идеи, вкупе с замечательны-ми лидерскими свойствами Горбачева и значимым участием прези-дента США, который тоже опасался потенциальных последствий ядерной гонки, Рональда Рейгана, быстро преобразили отноше-ния между Востоком и Западом. Уже в 1986 г., едва ли год спустя после прихода Горбачева к власти, оба лидера принципиально согласились, что все ядерное оружие должно быть запрещено – цель, которой невозможно дос-тичь, но жизненно важно стремиться. В 1987 г. они подписали договор об уничтожении – впервые – целой категории такого ору-жия, чем, по сути, дали обратный ход гонке вооружений. В 1988 г., поддержав Горбачева еще в ряде инициатив, касающихся разо-ружения, Рейган официально снял с СССР клеймо «империя зла», заявив: «То было другое время, другая эпоха». И, оставляя в ян-варе 1989 г. президентский пост, объяснил, почему теперь насту-пила новая эпоха: «холодная война кончилась» (73). Но требовалось еще подтверждение со стороны Горбачева и преемника Рейгана, Джорджа Буша-старшего....