О крайней необходимости

m ittente“, „ex iuris регтізви“ и пр. не позволяютъ категори­чески утверждать, что по представленію цитируемыхъ авторовъ нужда сообщала дѣянію правомѣрный характеръ. Едва-ли и са­мая идея общности имущества, вынесенная изъ данноминувпгахъ вѣковъ или обосновываемая на метафизическихъ началахъ, со­отвѣтствовала воззрѣніямъ того времени, а мнѣнія отдѣльныхъ авторовъ, какъ Covarruvias, Cagnolus, Vivius, въ особенности Gaill: „furtum excusatu r \ „propter necessitatem delinquere non oportet“ и др. — указываютъ, что идея права, придаваемаго дѣлеію состояніемъ крайней необходимости, даже въ сферѣ по- хищевія имущества общепризнанной не была. Наконецъ, самое объясненіе правомѣрнаго характера акта изъ искусственнаго в фавтастическаго для той эпохи принципа общности имущества» вполнѣ доказываетъ, что самостоятельнаго правового вначенія. крайней необходимости въ ту пору не признавалось А).То ж е > подтверждаетъ и иная область преступныхъ дѣяній,— область посягательствъ на жизнь, куда значеніе крайней необхо­димости проникало лишь съ большимъ трудомъ. Такъ Covarru­vias 1 2) отрицаетъ возможность болѣе мягкаго отношенія въ убій­ству въ крайней необходимости, ибо она не устраняетъ „mall· tiam actus homicidii“, ибо „innocens alter est, qui occiditur“ 3). Исключеніемъ является одинъ случай, гдѣ доктрина вавъ-бы под­мѣчала вліяніе крайней необходимости. Такъ у Julius Claras 4) встрѣчается спеціальное указаніе. Онъ утверждаетъ, что въ не­обходимой оборовѣ дозволено не только убійство нападающаго, но и другого лица, если инымъ путемъ защита оказывалась не­возможной. Авторъ ставитъ вопросъ, подлежитъ ли дѣятель на­казанію за убійство, если во время нападенія на него Тиція вмѣшался Бай, чтобъ раздѣлить борющихся, и дѣятель, чтобъ не быть убитымъ, подставилъ Кая подъ ударъ Тиція...