Князь Скопин-Шуйский или Россия в начале XVII столетия

ГЛАВА ПЯТАЯ. Погибли сильные! Но странникъ въ сихъ м ъ с т а х ъ Не тщетно камни вопрошаетъ, И руны тайныя, останки на скалахъ Угрюмой древности, читаетъ. Оратай ближнихъ селъ, склонясь на посохъ свой, Гласить ему: смотри, о сынъ иноплеменный! З д ъ с ь т л ъ ю т ъ праотцевъ останки драгоценны; Почти и х ъ гробъ святой. Батюшковъ. Возвратись изъ кабака мертво пьяные, пристава сказали, что они пробудутъ въ Спасскомъ селе до другого утра, и распо­ложились у священника. Хотя они и казались въ безпамятстве, однако же было бы неосторожно говорить при нихъ о д-клахъ сво-ихъ, и даже разговоръ съ хозяевами, преданными опальнымъ боярамъ, могъ возбудить подозреше ихъ грубыхъ и безтолковыхъ стражей. — Я слышалъ, батюшка, сказалъ князь Михаилъ, оборотясь къ отцу Николаю, что зд-Ьшнш храмъ основанъ въ память какого то плачевнаго происшесгая, случившагося съ однимъ изъ на-шихъ предковъ. Не можешь ли ты разсказать мне объ этомъ обстоя­тельно? Мне бы также хотелось посмотреть могилу несчастнаго, бывшаго противъ воли убшцею своего отца и брата? — Онъ погребенъ у нихъ въ ногахъ, отвечалъ священникъ, у правой стены алтаря. Плита на немъ положена такая огром­ная, что пять дюжихъ мужиковъ врядъ ли сдвинуть ее съ места. Въ самой древности были на ней, какъ и на всехъ прочихъ, сплошь высечены слова; теперь не разобрать ихъ и сотой доли, а пра-дедъ, который, летъ за восемьдесятъ, былъ здесь дьякономъ и великимъ грамотеемъ, оставилъ много списковъ съ нихъ. Коли угодно твоей милости, изволь выбрать любой. Князь Михаилъ принялъ съ благодарностью предложенie и, когда священникъ принесъ рукопись, князь Василш Ивановичъ сказалъ племяннику, чтобы онъ, на досуге, прочелъ ее вслухъ.