Листки барона Брамбеуса

— 447 — — Будете сожалѣть, съ участіемъ возража-егь Самолюбіе. Человѣкъ всегда прввуждевъ раскаяватьса, сколько разъ ва даетъ волю сво­ему уму¬— Воли я ему ве даыъ, не бойся, душа моя, отвѣчаю а: т ы знаешь, какъ мы, люди, дер-жимъ нашъ умъ въ страіѣ и покорности; мы ему шутить съ вами не позволяемъ. Всѣхъ на-шихъ здодѣевъ, преступниковъ наказываемъ тогда уже, какъ они провинились, совершили преступленіе, а противъ ума, протввъ одвого его, по твоему же совѣту, употребляемъ мѣры строгости заравѣе, подвергаѳмъ .его суду, пыт-кѣ, наказавію прежде, чѣмъ онъ согрѣшилъ, мучнмъ предупредительно. Умъ чедовѣческій не можетъ похвастаться, чтобы ему у людей было, очень-весело и привольно. Но бываютъ, знаешь, обстоятельства, когда нужно поласкать этого гордеца для нашей и для вашей пользы... — Какъ вамъ угодно, молвить Самолюбіс: прекословить такому чудесному существу, какъ вы, не сыѣю, хотя л увѣрена, что въ у Й ч е -ловѣвъ не вуждается нисколько. Конечно, съ умомъ вы, люди, ужасно-велики, но безъ ума, по-моему, еще больше. — Опо такъ! аамѣчаю я моему Самолюбію: чввъ, а пе умъ, основавіе человечества... я ра­зумею, чвнъ нашъ въ природѣ... По, видишь ли, мое ненаглядное перло, л послалъ Экономію Политическую за Умомъ, и, прошу тебя, предо­ставь мвѣ объясниться съ нииъ обстоятельно,