Из истории русской литературы XVIII века. 1-2

таетъ себ романъ: ибо, безъ всякаго сомнѣнія, чему-нибудь на­учается въ мысляхъ или въ ихъ выражении»'). Въ болышгаствѣ переводныхъ в оригинальныхъ романовъ читатели ХѴШ вѣка встречали рѣшительное восхваленіе добро­детели, неизбѣжное наказаніе порока, знакомились съ героями, страдающими, но вѣрныии своимъ нехитрымъ идеаламъ: чистая любовь, благородство души, чувствительность сердца —вотъ черты любимыхъ героевъ въ этихъ произведегіяхъ. Конечно, многіе изъ романовъ ХѴШ в. только волновали оаитазію, даже действовали раздражающимъ образомъ на чувствительность чи­тателей '), но, несомнѣнно, такихъ романовъ было меньшинство: довольно взглянуть хотя бы на одни перечни романовъ ХУШ в., чтобы убѣдиться въ томъ, что разныя подозрительныя «похо-жденія» гораздо рѣже тамъ встречаются, чѣмъ произведенія съ «добродѣтельными»и анещастными» героями. «Какіе романы бо-тѣе всѣхъ нравятся?»—спрашиваетъ Карамзину—и самъ даетъ отвѣтъ: «обыкновенно чувствительные: слезы, проливаемыя чи­тателями, текутъ всегда отъ любви къ добру и питаютъ ее. Нѣтъ, нѣтъ! дурные люди и романовъ не читають!»1) Конечно, были и въ то время любители скабрезныхъ романовъ, но важно то, что въ русской провинціи X V I I I в. оказываются библіотеки съ очень строгимъ выборомъ: «во всѣхъ романахъ», составляв-шихъ библіотеку матери Карамзина, «герои и героини, не смотря на многочисленный искушенія рока, остаются добродетельными: всѣ злодѣи описываются самыми черными к р а с к а м и » Т а к о й подборъ только нравственныхъ романовъ—Фактъ, въ нашихъ глазахъ, очень краснорѣчивый. Вотъ почему мы не разъслышимъ онв все романы, вбо o n , по обыкновенно! склонности всякаго ножодого чело^ вѣка къ увеселеніяиъ, яажоднхь въ янхъ боіѣе вкуса, нежели въ другихъ княгахъ п для того бирать только один романы. Они ему вреда не сдѣлали^ мо, напротнвъ того пользу принесли» (л, 71). (Двлѣе рааскалывается о томъ, какъ онъ пристрастился къ +НЛОСОФСКИМЪ П нравоучительнымъ кннгамъ м отстать отъ романа). 1) Карамавнъ, Соч. Ш, 596. 3) Там...