Итоги прошлого. 1866-1891 гг.

14 такоиъ положеніи настоящего дѣла, я позволяю себѣ думать, что оправданіе подсудимаго равнялось-бы помилованію, но право поми^ лованія принадлежите только Верховной Власти». Слово было предоставлено защитѣ подсудимаго. Гг. судьи, гг. присяжные засѣдатели! При слишвомъ не-благопріятныхъ условіяхъ приходится мнѣ начать защиту подсудимаго. Съ одной стороны важность преступленія, въ которомъ онъ обвиняется, съ другой—учиненное имъ уже на нредварительномъ слѣдствіи и судѣ собственное сознаніе, на-конецъ, доводы, приведенные въ обвинительной рѣчи г. про­курора,—все это ставить, невидимому, преграду всякому слову въ пользу преступника. Но смѣю думать, мм. гг., что важ­ность преступления опредѣяяется не столько формою своею и свойствомъ, сколько причинностью, не столько отношеніями дѣйствующихъ лицъ, сколько ихъ побужденіями, и если созна-ніе Протопопова отнимаетъ у меня всякое право предста­вить свои возраженія прокурорской власти относительно фактической стороны самого преступнаго событія, то этимъ я не освобождаюсь еще отъ лежащей на мнѣ священной обя­занности, въ интересахъ защиты, указать вамъ ту бездну, какая, въ дѣйствительности, лежитъ между преступленіемъ и, его непосредственнымъ виновником*... Тщательно произведенное въ присутствіи вашемъ, мм. гг., судебное разслѣдованіе, мнѣ кажется, въ достаточной степени раскрыло причины, которыя произвели въ подсудимомъ то сильное душевное потрясеніе, при которомъ только и воз­можно осмыслить всѣ преступный его дѣйствія, какъ бы не были чудовищны ихъ послѣдствія, какъ бы не были значи­тельны права я обязанности, ими нарушенный. Необходи­мость особаго и вннмательнаго обсужденія причинъ всяваго преступленія, независимо отъ факта, представляется еще бо-лѣе настоятельною въ данномъ случаѣ, въ которомъ дѣйствую-щимъ лицомъ оказывается человѣкъ, прослужившій честно и беэпорочно 23 года и въ прошломъ котораго не только ни­кто изъ близкихъ въ нему лицъ, но даже изъ сослуживцевъ, допрошепныхъ на судѣ, не могъ указать ни одного фак...