Основная конституция человеческого рода

XXIX къ умножению матер1альныхъ богатствъ насушило И С Т О Ч ­НИКИ нравственной жизни*. По заключении мира съ Гермашей и по окончаши междоусобной войны, люди, просветленные опытомъ, сгруппировались вокругъ Ле-Плё, коего г о р ш д опасетя сбылись такимъ роковымъ образомъ. При виде развалинъ, накопившихся во Фран-цш менее чемъ въ одно столетие, благодаря одиннад­цати револющямъ и безжизненности девятнадцати после-довательныхъ конститущй, они преклонились предъ разумностью метода, который, не удовлетворяясь тео-piefl, ищетъ въ самихъ Фактахъ разрешенia сощаль­ныхъ вопросовъ, причемъ само собой пришлось спра­шивать себя: не благоразумнее ли было бы обратиться къ опыту всехъ народовъ, нежели полагаться на си­стемы некомпетентныхъ людей безъ авторитета? Такимъ образомъ, начиная съ 1874 года, возникли во Фран-цш и за ея пределами кружки сторонниковъ техъ прин-циповъ, на которыхъ зиждется спасете народовъ; * И задолго передъ тъ-мъ наблюдалъ онъ съ крайнею грустью д1шств1я правительства и общественный явлешя въ эпоху Второй Пмперш. Пмператоръ Наполеонъ III слушалъ его совъты и пршшмалъ ихъ съ дов1>р1емъ. Ле-Плё не скрывалъ предъ нимъ свой образъ мыслей. Однажды, въ присутствш Морни, онъ сказалъ ему: «Ваше Величество, васъ обманываютъ. Ваша Империя сгибнетъ и сгибнетъ отъ двухъ нричинъ: одна— всеобщая подача голосовъ: другая—Teopifl пацюнальностей. Тео-pia эта вотъ къ чему приведетъ васъ—что Альзасъ станетъ нЪмецкимъ краемъ. А всеобщее право голосовъ приведетъ васъ къ тому, что дворецъ, въ которомъ вы въ эту минуту говорите со мной, будетъ разрушенъ.»