Записки революционера

Они были только скрипками. Отец купил их за большие деньги, с семьями,у сестер (он никогда не покупал крепостных у посторонних и не продаваллюдей чужим). И вот по вечерам, когда отец не уезжал в клуб или когда унас бывали гости, отец приказывал дворецкому "собрать музыку". На нашоркестр был большой спрос, когда соседи, в особенности в деревне,устраивали вечера с танцами. Каждый раз, конечно, в подобных случаяхнужно было спросить разрешение отца. Ничто не доставляло отцу такого удовольствия, как когда к немуобращались с просьбой по поводу оркестра или чего-либо другого:например, определить мальчика на казенный счет в школу или освободитького-нибудь от наказания, наложенного судом. Хотя отец способен был навзрывы бешенства, но по натуре, без сомнения, он был довольно мягкийчеловек. И когда к нему обращались за протекцией, он писал десяткиписем во все стороны ко всем высокопоставленным лицам, которые моглибыть полезны его протеже. В таких случаях его и без того немалаяпереписка увеличивалась еще полудюжиной специальных писем,написанных в крайне характер ном, полуофициальном полушутливом тоне.Каждое письмо, конечно, запечатывалось гербовой печатью отца. Большойквадратный конверт шумел тогда, как детская погремушка, по причинепеска, которым густо посыпалось письмо: промокательной бумаги в товремя еще не знали. Чем труднее была просьба, тем большую энергиюпроявлял отец, покуда не добивался просимого для протеже, которого вомногих случаях никогда даже в глаза не видал. Отец мой любил, чтобы у него были гости. Обедали мы в четыре часа, ав семь вся семья собиралась вокруг самовара. В это время мог приходитьвсякий принадлежавший к нашему кругу. В особенности не былонедостатка в гостях, когда Лена возвратилась из института. Если в окнах,выходивших на улицу, был свет, знакомые знали, что наши дома и чтогостям будут рады. Гости собирались почти каждый вечер. В зале раскрывались ломберныестолы. Молодежь же и дамы оставались в гостиной или же собиралисьвозле рояля. Пос...