Опыт о русском стихосложении

былъ уже тогда языкомъ мертвымъ, и шокмо въ устахъ Духовенства обнося­щимся, имѣлъ передъ нынѣшнимъ Рус­скимъ нѣкоторую способность къ коли- чесшвеннойпрозодіи, подобно Сербскому и Богемскому; или, ч т о оные Граммати­ки не вникнувъ въ прозодическое свой­с т в о языка, коему сочиняли правила, принужденнымъ и неестественны мъ об- разомъизъодного только п ед ан тств а его коверкали. Послѣднее и вѣроятнѣе; ибо невидно, чтобъ они нашли х о т я одного подражателя, который бы по ихъ пра­виламъ сочинилъ с т и х и Славенскіе *). Напротивъ то го совершенная несообраз-*) Смотрицкій принявши въ Слаяенскомъ языкѣ Греческую долготу, к р а т к о с т ь и двувременность гласныхъ по е с т е с т в у и по п о л о ж ен ію, назвалъ долгими глас­ными : и, і , со, о у , ы . е, іа, л и со­ставленны я изъ оныхъ двоегласныя ий і й , сой, о у й ипр.; к р а т к и м и : е, о, ей, о й; общими · а , і, у, у , ю , ай , ій, уіі, у й , ю й\ и на семъ основаніи в ы с т а ­вилъ въ примѣръ акзсметра слѣдующія стр о к и :31