Последние гардемарины

45 — Не плачьте же теперь, Нина, — сказал я ей, — посмот-рите сколько славных рыцарей проводят вас домой. Не бой-тесь ничего с нами! В обиду не дадим. Она благодарно взглянула на нас, а слезы все еще лились по загорелым, румяным щекам. — Я так испугалась, что кофточку потеряла новую на шелковой подкладке, недавно мама сшила… забранит! — Господа! — закричал черногорец. — Ищите кофточку, все ищите. Разбрелись морячки по полю, ищут кофточку. Легче на море веху или буек найти, чем найти в траве деви-чью кофточку. Искали, искали, не нашли кофточки! — Ну, в другой раз придем, — утешали Нину кадеты, — все поле пройдем, поищем. Свистком собрал я к себе свое воинство и мы пошли бод-рым шагом к маяку. Как лесная Ундина, шла между ними дочь маячника и радостная и сконфуженная. Час спустя я сдал ее, рыдающую, на руки матери, кото-рая, радуясь за спасение дочери, выговаривала ей за коф-точку. Мы хотели идти в свой дальнейший путь, но маячница страшно обиделась. Энергично и властно распорядилась, чтобы кадеты рас-селись в ее чистеньком дворе-садике и угостила их славным, превкусным, топленым молоком со сливками. Выпили тогда мои кадетики чуть что не целую корову; но ведь и случай то был не из маловажных. Найди-ка в 20-м веке разбойника! Хоть и в смутные времена мы тогда жили. Напившись молока, благодарили, кланялись. Но хозяйке этого было мало: — Нина, выйди, покажи морякам наш маяк, ведь им ин-тересно, они по огню нашему корабли свои водят. Вышла девушка, красная, заплаканная, улыбается, стес-няется, поднялась в свой хрустальный замок «Ундина» и по-лезли за ней кадетики все по очереди. С первыми стеснялась, другим рассказывала, a те, кто у горшка молоко допивали, ничего не видели. Все хорошо, что хорошо кончается, а 12 верст до кордона пройти надо! В путь дорогу. Спасибо, хозяюшка! — Кофточ-ку пришлем!