Восемнадцатый лев

мне показалось, что они постепенно расширяли круг поис­ков. Вот, посмотри. Ближе всего к С-28 остановки 1945-46 годов, потом — авария 1948 года — уже в радиусе пример­но 5 миль и так далее. Последнюю попытку сделал пароход «Герои-Панфиловцы», видишь, за С-28, почти на границе шведских территориальных вод, в ю милях.— Молодец, это ты вчера додумалась? — Юра почув­ствовал легкий укол самолюбия. Как он сам проглядел ло­гику действий разбросанных по карте корабликов.— Нет, сразу я не сообразила, представляешь, до меня уже ночью, во сне дошло, — просто сказала Лена. Выпендре­жа явно не было в ее арсенале общения с парнями. — Я еще подумала, что их интересовала не сама С-28, они только от­талкивались от нее в своих поисках.— Может, и так, но, скорее всего, они просто не в со­стоянии были ее обнаружить. Гидролокаторы тогда остава­лись несовершенными, к тому же в этом районе Балтики на дне — настоящая подводная пустыня с движущимися барханами. Они город могут скрыть, не то что затонувшее судно. В любом случае, нам обязательно надо добраться до «эски». Ее нашел Сорен Морель, мой приятель пытался за- контачить с ним, но ветеран подводного движения молчит, как статуя Командора. Словно его что-то сильно напугало. Попробуем поговорить с ним еще раз, может, теперь он клюнет на эту наживку. — Юра свернул карту в рулон и, вы­тянув руку, потряс ею, точно костью перед носом невиди­мой собаки.6К счастью, Гюнтер-Степка оказался не прав, когда, осно­вываясь на своих телефонных разговорах с Морелем, пред­рек, что раскачать старикашку будет так же трудно, как раз­жечь потухший костер, на который помочилась целая шобла предусмотрительных туристов. Все втроем — Юра, самопро­возглашенный немецкий аристократ и Лена — вломились в71