О войне и о мире

26 Л.И. Селиванов. О войне и о мире пехотных капитана сказали: «Поехали, подбросим тебя в дивизион, нам по пути..» Поехали. Вскоре въехали в полыхающую огнем де-ревню. Капитаны остановили машину, сказали: «Вон, на опушке того леса – твой дивизион». Я выскочил из маши-ны и, еще не успев сообразить, как выбраться из горящей деревни, очутился в кромешном аду. Вокруг все скрежета-ло, сверкало огненными всполохами. Машина, из которой я только что выбрался, разорвана в клочья... А над горя-щим селом на бреющем полете снуют «мессеры». Вокруг меня и ,кажется, во мне, все горит, трещит, полыхает ог-нем. Не то, чтобы где-то укрыться , а и шелохнуться не смею: сразу получишь пулю из пулемета самолета или ос-колок бомбы, а может, одну из головешек от горящих до-мов. Но, наконец, «мессеры» бросили «утюжить» безза-щитную деревню. Я мало-мало очухался, стал из нее вы-бираться, мысленно качая головой: « Ну и ну, это не война, а сплошное убийство!» Так начиналась моя Курская дуга. Об этой величай-шей битве, где с обеих сторон сошлись чуть ли не все силы фронта, написано немало. Но есть у меня и личные воспо-минания… Мне довелось видеть, как танки шли на танки. Шли на таран и горели... А выскакивающие из них танки-сты, ослепленные огнем, в горящих комбинезонах, потеряв в огне и дыму ориентиры, бежали навстречу врагу... Много на Курской дуге погибло нашего брата. Некоторые армии, как моя 3-я Гвардейская танковая, настолько обескровили, что были выведены в тыл на формировку. Следующий, как говорят, судьбоносный для меня бой был на Днепре. Октябрь 43-го. Наша бригада вышла к реке. Передовые части, в основном пехота. Форсировали ее и «зацепились» за правый берег. Но враг теснил наших. Пытаясь сбросить их в воду. Мне с моим артиллерийским