Валентина

108В С Т Р Е Ч А С П А П О Й аудитории, проректор Черновицкого университета может воз-вратиться к мирной профессии ученого.Погода стояла чудесная — солнечно, тепло, безветренно. Ка-залось, во всем мире наступили покой и благоденствие, все мечты сбываются — живи и наслаждайся! Поведению сестры постарались не придавать значения, посчитав его вполне есте-ственным, в надежде, что постепенно все наладится. Вокруг бы-ло так прекрасно, и вся неловкость встречи сама по себе сошла на нет. Мы, взяв свой скромный скарб, направились к нашему будущему месту проживания.На этом, собственно, можно было бы и закончить столь про-должительное повествование. В конце концов через семь ме-сяцев, в мае 1945 года, в Москве, на Красной площади, про-звучит салют Победы над гитлеровской Германией. Но я думаю, что хотя бы на примере нашей семьи стоит показать гримасы войны — не только как она, проклятая, уносит жизни людей, но и как до неузнаваемости уродует души оставшихся в живых. Ка-кую любовь, понимание и терпение надо проявить близким, что-бы восстановить эти души! Постараюсь быть краткой, но там уж как получится.Жилье нас поразило. Это был двухэтажный особняк серого цвета с огромными окнами, выходящими на улицу. На второй этаж вела довольно широкая мраморная лестница, по которой мы поднялись наверх. На площадке перед дверью была раз-движная металлическая решетка, папа открыл ее, и мы оказа-лись в передней, из которой можно было попасть в отцовский просторный кабинет, нашу с сестрой будущую комнату, холл и ту-алет. Из холла одна дверь выходила в просторную гостиную, вто-рая — в небольшую столовую, третья — на застекленную веран-ду. С последней был выход на площадку с деревянной лестницей, ведущей на первый этаж, где в былые времена располагались службы: кухня, комната для стирки белья и другие хозяйствен-ные помещения. Из гостиной дверь вела в родительскую спаль-ню с ванной комнатой.Для подачи еды из кухни в столовую существовал ручной лифт. Это сооружение представляло собой дерев...