У всякой драмы свой финал

90спать, оставил на комоде, а утром не стал убирать в сейф, ска-зав, что в обед заедет за ним, чтобы показать в полиции свое-му приятелю оперу Акламину. Вдруг где-нибудь, когда-нибудь кинжал мелькал в криминальных сводках? Бандита увидал его и спросил у подельника:— Эта игрушка?Тот, не произнеся ни слова, резко шагнул к комоду, сгреб пальцами в перчатках и сунул в карман куртки. — Тебе повезло, лягушка! — удовлетворенно выпихнул из-под маски. — Не пришлось мне выпускать тебе кишки, а то ведь всякое могло быть. За такую игрушку и кишок не жалко! Но сна-чала мы тебя погладили бы, чтобы уговорить по-хорошему. — Он грубо распахнул ей полу халата. — А гладить-то тут есть что. Ну а если б не договорились, вот тогда и за кишки принялись бы. Мужику своему передавай привет, и скажи, чтобы не рыпался! И никого не искал! Перепонки подрежем — плавать не сможет! И скажи спасибо за сохранность ножичка!Ольге стало не по себе оттого, что из-за ее оплошности ей сейчас приходилось выслушивать и наблюдать все это в своей квартире. Смотря исподлобья, она раздосадовано съязвила:— У меня в кухне в столе еще есть столовые ножи, может, вам и их собрать?Бандит понял ее сарказм и резко ударил рукояткой пи-столета по голове. Ольга потеряла сознание, мышцы рассла-бились, ноги перестали держать. Она рухнула на пол. Соседке тоже досталась своя порция. Оставив двух женщин лежащими на полу, одну в комнате, другую в прихожей, грабители вышли за дверь, плотно при-крыв за собой. Сняли маски и быстро спустились с этажа. Первой вернулась в сознание соседка. Очухавшись, кину-лась к Ольге, испуганно кудахча:— Что я натворила, что я натворила! — затормошила ее, хлопая по щекам. Обрадовалась, когда та открыла глаза. — Ну, слава богу! Я во всем виновата!