Человек у зеркала
В книге представлен опыт осмысления философской автобиографии как культурной формы и практики. Сказанное предполагает преодоление узких границ таких жанров, как личный дневник, мемуары или жизнеописание.Авторы допускают, что опыт создания собственной философской автобиографии так или иначе выводит ее автора на попытку построения философии себя, в силу чего делается вывод, что собственно всякая соответствующая своей норме философия есть философская автобиография, а последняя есть форма создания собственной философии от первого лица. В книге обсуждаются вопросы, связанные с методом и жанрами автобиографии, с проблемой автора, вводится определенный тезаурус автобиографического дискурса.На примере ряда философских автобиографий авторы описывают имеющийся в культуре опыт философского автобиографирования в лице таких авторов, как П. А. Флоренский, Н. А. Бердяев, К. Ясперс, А. А. Зиновьев, П. Фейерабенд и др.Книга будет полезна всем, кто пытается выстроить и осмыслить собственный опыт авторского философствования и понять свое место в мире.
Содержание
Содержание книги "Человек у зеркала : антропология автобиографии"
Отрывок из книги
38 ЧЕЛОВЕК У ЗЕРКАЛАски. И появляется такое понятие, как эгодокумент. Его ввёл Жак Прессер ещё в 50-е годы, чтобы объединить в себе такие типы личных свидетельств, как автобиография, дневник, мемуары, личные письма. Его подхватили в Нидер-ландах [Деккер 2016 и др.].У Ю. П. Зарецкого как у историка-эмпирика, я, субъект, индивид, автор – всё одно. Автор в эгодокументах – тот физический индивид, который описы-вает свои дела, мысли, чувства в этих разных жанрах эгодокументов [Зарец-кий 2013: 25–26].В 90-е годы немецкими историками было введено другое понятие – свидетельство о себе (Zelbstzeugnis) [Зарецкий 2013: 28]. В нём выделен ак-цент – это то личное, говорящее о человеке в письме (но не оно само, пись-мо), которое является свидетельством о себе (Зарецкий ссылается на работы Беггерман). В англоязычном мире употребляют термин жизнеописание (life-writing) [Зарецкий 2013: 30].Зарецкий также останавливается на проблеме места, позиции самого исследователя, изучающего свидетельства о себе. Ранее оно слабо фиксиро-валось. Доминирующим было то, что исследователь раскрывал процесс ста-новления Я, индивида [Зарецкий 2013: 33–34]. Теперь это уже не доминиру-ет. Исследовательница Беггерман полагает, что всё более стало проявляться стремление европейцев овладеть темпоральностью, временем, контролиро-вать событийность [Зарецкий 2013: 35].Это также связано с изменением отношения к будущему как к такому вре-мени, которое не приходит само по себе, оно уже зависит от деятельности человека, будучи сконструированным.Отсюда вопрос – как в эгодокументах фиксировалось изменение чувства времени? Главным мотивом в автобиографиях стало стремление европейцев к контролю над событиями во времени, а не просто рассказ о себе. О себе они говорили уже по ходу, нечаянно. Причём Беггерман это уловила уже в эгодо-кументах XIX века.В XX веке этот мотив времени уже более выражен. Именно после вто-рой мировой войны, и особенно сейчас, всё более становится понятным, что конструирование образов будуще...
С книгой "Человек у зеркала" читают
Внимание!
При обнаружении неточностей или ошибок в описании книги "Человек у зеркала : антропология автобиографии (автор Сергей Аванесов, Сергей Смирнов, Елизавета Спешилова)", просим Вас отправить сообщение на почту help@directmedia.ru. Благодарим!
и мы свяжемся с вами в течение 15 минут
за оставленную заявку