Последние дни Льва Николаевича Толстого

ххх работа падъ сашнгь собоП; работа эта отражаетсн въ запп­сяхъ его дiiеnнш<а: ,.Я .1урснъ собоi!, неловоrсь, печпсто· плотеr-.ъ и свi>тсюr необразованъ. Я раздражителенЪ, сну­ченъ для другихъ, нссr\ро~rенъ, нетерпшrъ (intolcraпt) и стыдлинъ I<ar<ъ ребенокь Я почти нен·tл.;а. Что я знаю, тому я выучился 1-:ое-I<акъ, саыъ, урывю1~1и, безъ свнзп1 безъ толку п то такъ ~rало. Я не воз;-:J;<:'рл;енъ, нср·hшпте­лсrгь, непостояненъ, г.:rупо тщес.1авенъ н пы:юкъ, ttакъ вс-t безхарактерные люди. Я не храбръ. Я не аrосуратенъ въ /I>tr~ни и такъ л·Бниnъ, что праздность с;~·t>.lалась для :меня почти неодоли:ной привычко!r. Я уменъ, но умъ мой еще нн на чемъ не былъ осноuате.1ыrо нспытанъ. У меня н·Бтъ ни у:на практн•1ескаго, ни y~ra cu·hтci;aгo, ни y~ra д·hлоuого. Я честенъ, то есть я люблю добро, с.u:Ьла.1ъ IIJJИI3ЫЧI<y ЛЮбИТЬ его; И 1\ОГДа OTI<:JOIIЯЮCJ, ОТЪ IICГ01 бываю нсдо!3оленъ собою н возвращаюсь 1\Ъ не~IУ съ удоволь­ствiе~Iъ, но есть вещи, которыя я люблю бо:rьше добра­с:Iаву. Я такъ чсстолюбиuъ н такъ ~Iало чувстно это бы:ю у;~ов:rетворено, что часто, боюсь, я могу выбрать ;tежду c:Iauoй и доброд·\;тслыо-пер!3ую, ежелн бы ~III'E пришлпсr, nыбирать изъ нпхъ. Да, я не сtсро~Iенъ, оттого н гордъ ВЪ ca~IO~IЪ себi:>, а СТЬJ:(ЛIIВЪ Н робоКЪ ВЪ св·вт-1:>. 13ъ то же врсшr, У.ю<ъ uндно nзъ пepetrиciai Л. Н-ча съ · Неr<rасовымъ, онъ сл·Бдилъ за pyccкoii шпсратуроii и д-f;ятельно поддсржива:1ъ редакцiю "Совре~Iсшнша". соби­рая въ Севастопол-Б 1\рущоr<ъ сотрудюii\овъ. Но, разум·hется, :штературнын зашпiя были не глав­ны~rъ вре~rяпрепровожденiе~rъ Толстого. Онъ велъ обычную жпзнь офицера и былъ хороши~rъ товарнщемъ, о че~rъ СНИДi:>ТС.lЬСТRУЮТЪ его COBpe~Ielll!IIJ{II 11 СОСЛУЖIШЦЫ. 13ъ вос1ю~ш нанiяхъ I Iазарьева, прпводи.1ся разс1сазъ бывшаго тоnарнща То;Iстого 110 С...