Мемуары

31ков. Без этого освоения литературного наследства невозможен был бы и самый творческий процесс. “Максимы” требовали от автора напряженного и непрерывного труда. В письмах к мадам де Сабле и к Жаку Эспри Ларошфуко сооб-щает все новые и новые максимы, просит совета, ждет одобрения и насмешливо заявляет, что желание составлять сентенции распростра-няется, как насморк. 24 октября 1660 г. в письме к Жаку Эспри он при-знается: “Я настоящий писатель, раз начал говорить о своих произведениях”. Сегре, секретарь мадам де Лафайет, заметил как-то, что отдельные максимы Ларошфуко перерабатывал больше тридцати раз. Все пять изданий “Максим”, выпущенных автором (1665, 1666, 1671, 1675, 1678 гг.), несут следы этой напряженной работы. Известно, что от издания к изданию Ларошфуко освобождался именно от тех афоризмов, которые прямо или косвенно напоминали чье-либо выска-зывание. Ему, пережившему разочарование в соратниках по борьбе и ставшему свидетелем крушения дела, которому отдал так много сил, было что сказать своим современникам, — это был человек с вполне сложившимся мировоззрением, которое уже нашло свое первоначаль-