Поль Рикёр – философ диалога

Е.В. Петровская «Великая нарратология» (Размышления о книге П.Рикёра «Время и рассказ»1) 1. Претворенное время Книга французского философа Поля Рикёра, продолжателя гер-меневтической традиции, обещает многое уже своим названием. Вре-мя, о котором пойдет речь, это, безусловно, время рассказа, а точнее, время, производное от различных типов объяснений, к каким прибе-гают исторические дисциплины (мы не скажем «науки», ибо вопрос о «научном» статусе истории и есть предмет жесточайшей полеми-ки). Но очевидно, что даже время рассказа и особенно время, пред-ставленное в философской рефлексии — а работу эту выполняет сам Рикёр, полагаясь в первую очередь на Августина и частично на Хай-деггера, — такое время имеет отношение ко всем живущим. Собст-венно, время рассказа — это конечное время, конечное хотя бы пото-му, что интрига как динамическое сцепление событий-действий по Аристотелю обладает неустранимыми началом, серединой и концом. Однако Рикёру важнее другое: между временем и рассказом распола-гается нечто, и грамматическое место соединительного союза явля-ется лишь символическим обозначением проблемы, а именно пробе-ла, необходимо существующего между объяснением (чем заняты, в ча-стности, лингвистика и семиотика) и тем «предварительным пониманием, которое относится к области усвоения языковой прак-тики — как поэтической, так и повествовательной» (с. 8). Если гово-рить коротко, то для Рикёра рассказ — это способ освоить (в его тер-минологии — ре-фигурировать) время человеческой жизни и дейст-вия, образующее «смутный, неоформленный и в известной мере бессловесный» опыт (с. 9). Интрига в качестве активного, упорядо-чивающего подражания (именно так, «процессуально», и толкуется mimesis; с. 44 и след.) и есть наиболее распространенный ответ на 76