Будем ли мы жить во «всемирной деревне»?

49нечто над самой природой. Человеческая деятельность реализуется по каким-то иным законам, нежели развертывание природных сил. И, стало быть, нет оснований считать неверным суждение о том, что при-рода – это какая-то реальность, которая существует сама по себе, вне человеческого воздействия, человеческого сознания. Не будь этого парадокса, внутри которого слиянность человека с природой соседст-вует с противостоянием ей, не было бы обостренных поисков сущности техники, ее направленности и перспектив развития. С одной стороны, понятие природы выглядит всеобъемлющим, по-скольку сам человек слит с нею. С другой – продукты человеческого труда и гения не растворяются в ней, а, напротив, противостоят ей как нечто искусственное, надстроенное, иное. Техника понимается порою как простая органопроекция человека, но вместе с тем оценивается в качестве враждебной ему силы. Отсюда естественное допущение, что в технике есть нечто нечеловеческое, неприродное. На этом основа-нии многие мыслители ставили вопрос о том, что человек потерял природу, утратил связи с ней, отчуждился от нее. Причем иные пола-гают, что возвращение человека к природным истокам возможно. Дру-гие отвергают реальность такой перспективы. В античной философии, как нам представляется, можно просле-дить истоки этих противоречий. Аристотелю принадлежит классиче-ское определение природы: «Из существующих [предметов] одни существуют по природе, другие – в силу иных причин». То, что возни-кает на основе человеческого умения – это «артефакты». В то время, как «все существующее по природе имеет в самом себе начало дви-жения и покоя», в артефакте «это начало находится... в другом и во-вне»44. Более развернуто аристотелевское определение «фюсис» включа-